"Поговорим, Келаврик?" Тест на качество свободы совести.
Михаил Лобанов - Келаврик написал сообщение "О свободе и свободе вероисповеданий в частности" http://kelavrik-0.livejournal.com/814.html
Мне оно показалось странным для агностика и ветерана форума Кураева (где Келаврик участвовал несколько лет), и я подумал: надо понять, что все это значит. Поэтому я принял приглашение к дискуссии и зашел в его "живой журнал", несмотря на очень православную и сильно воцерковленную кампанию, которая там собралась... (тема будет пополняться).

Поговорим, Келаврик? Вы, кажется, всех приглашали? По крайней мере, слов «кроме антихристианских антиправославных, неоязыческих сатанистских колдовских тоталитарных сект и деструктивных культов» я в приглашении не увидел. Возможно, Вы просто не сочли нужным делать эту очевидную оговорку – тогда просто сотрите мой пост не читая, я Вас пойму правильно.
На всякий случай (если Вы забыли), напоминаю, что я – виккан. Моя религия официально внесена Вашими новыми друзьями и союзниками в реестр опасных сект, согласно Экспертного заключения №70-э от 15 октября 1998 г. «Центра реабилитации жертв нетрадиционных религий» при МП РПЦ.
Кроме того, я участник Интернационального Сообщества Карианство, которое тоже рассматривается Вашими друзьями и союзниками, как сатанинское.

Теперь, если Вы еще не воспользовались кнопкой delete, мы можем перейти к обсуждению Вашего тематического сообщения.
Сначала позвольте уточнить некоторые фактические детали. Вы исходите из постулата о том, что все религии претендуют на обладание абсолютной истиной, считают все другие религии ложными, ставят себе целью достижение религиозной монополии в обществе. Неявно у Вас предполагается также, что никакая религия не допускает для человека двойной или кратной религиозности - т.е. следования нескольким религиям одновременно. Это не соответствует действительности.
Большинство старших религий, как и большинство религий новой эры, не содержат манифеста единственной истины и исключительности. Они вообще не очень-то разделяют религиозное пространство.
Нет границы между необрахманизмом и Бон, между Бон и дзен-буддизмом, между дзен-буддизмом и даосизмом, между даосизмом и неошаманизмом, между неошаманизмом и виккой, между виккой и другими свободными религиями новой эры, между свободными религиями новой эры и универсализмом квакеров, между универсализмом квакеров или англикан-центристов и вообще христианским универсализмом, между христианским универсализмом и универсальным деизмом (общим для всех современных ветвей монотеизма, включая не только бывшие религии Книги, но также современный вишнуизм, бахаизм, неогностицизм), между универсальным деизмом и монизмом, между монизмом и необрахманизмом (к которому примыкают йогические религии и религия Джедай).
Круг замыкается, практики пересекаются, смешиваются и заимствуются, в узловых точках рождаются новые религии, идет нормальная мирная жизнь, которой свойственно взаимное обогащение культур и обмен знаниями.
Здесь нет места ни ксенофобии, ни толерантности. Ксенофобия не имеет под собой почвы, а толерантность не требуется, поскольку другая религия вызывает не недовольство, а живой интерес. В позапрошлом году я был у нагвалистов, потом у последователей веры Бахаи, а на форуме дискутировал с раэлитами и с новыми адептами Авесты. В прошлом году общался с последователями Книги Урантии на их форуме, а затем с сайентологами в их центре, в другой раз разговаривал с вайшнавами (которых у вас называют кришнаитами), пару раз был у последователей Сатья Саи. Мы узнавали друг о друге, обменивались текстами, мы спорили, в чем-то соглашались, в чем-то нет, где-то находили параллели и даже общие сказания, и каждый из нас чем-то обогащал свою религию.

Ни Dream age, ни New age, не знают, что такое религиозная исключительность, монополия на истину или «каноническая территория». Про человека, который этим занимается, говорят «он хочет спрятать небо в сундук». Люди, которые препираются до хрипоты: «Мое небо!» - «Нет, мое!», выглядят смешно и несуразно. Они спорят о мнимом праве владения на то, что никогда никому не принадлежало и никогда не будет никому принадлежать. Ну не лезет небо в сундук – а они не понимают.

Из-за таких людей и приходится говорить о толерантности – их приходится учить не бросаться с вилами на каждого, кто не верит, будто в их сундуке лежит небо.



Я уделил столько места этому вопросу, чтобы Вы поняли: религии – это не совсем то, о чем Вы пишете, а то, о чем Вы пишете – это в первую очередь, не религии, а сундуки, о которых рассказывают, будто в них лежит небо. И, поскольку небо одно, владельцы сундуков никогда не могут примириться друг с другом.

Вы исходите из того, что свобода – это противоречивая ценность, а вот толерантность – это ценность важнейшая.
В принципе, это понятно. Согласно современному учению МП РПЦ, свобода должна быть ограничена православным пониманием социальных ценностей, а толерантность должна присутствовать в виде позволения некоторой части людей иметь свое мнение, не во всем совпадающее с учением церкви.

Но позвольте мне заметить, что с точки зрения моей религии, свобода – вообще не ценность. Свобода бесценна, она выше любых ценностей, она придает ценность всему остальному, в том числе и жизни. Вы знаете, что многие животные просто не живут в неволе. Они перестают есть и умирают. Смерть, по крайней мере, освобождает. Свободная неизвестность смерти предпочтительнее жизни под ярмом.

Вы определяете толерантность через рефлексию. Уважение к другим людям выводится у Вас из признания за собой способности ошибаться (а, соответственно - признания за другими такого же права на ошибку). По-вашему, именно так понимаемая толерантность предотвращает религиозный фанатизм. При этом Вы не находите в такой толерантности противоречия, которое нашли в свободе:
«Должны ли обладать свободой те, кому она не нравится?»
Вы не ставите вопрос:
Заслуживают ли толерантного отношения те, кому толерантность не нравится?
Надо ли уважать тех, кто не уважает никого, кроме своих единомышленников?
Следует ли признавать за ними право на ошибку, которую совершают только они?
Здесь рефлексия не работает. Тот, кто следует агностицизму, рационализму или свободной религии, никогда не скажет «поклонитесь моему сундуку, в нем лежит небо».
И он никогда не бросится с вилами на тех, кто будет смеяться: «этот глупец хочет убедить нас, что небо не над нашими головами, а в его сундуке».

Я изложил принципы свободных религий, и теперь могу перейти к вопросам, которые адресую Вам. Пусть Вас не смущает, что вопросы составные – в некоторых случаях вопрос более ясен, если изложить его в нескольких предложениях.


Идет широкая телевизионная, радио, газетная реклама при участии разных общественных и государственных деятелей, которые с пафосом убеждают, будто именно в сундуке православной церкви лежит небо. Они клеймят позором всех инакомыслящих (в т.ч. рационалистов и последователей свободных религий).
Если я открыто посмеюсь над этим – Вы будете смеяться вместе со мной или будете осуждать меня вместе с церковью? Если я выскажусь неуважительно о рекламе такого сундучного учения и о заказчиках этой рекламы – сочтете ли Вы, что я нарушил принцип толерантности?
Это – первый вопрос.


Вы призвали к толерантности по отношению к любым формам проповеди православия, даже если эти формы оскорбительны для последователей свободных религий или агностицизма. Вы призываете терпеть, даже если православие проповедует с нарушением юридических правил, установленных в соответствии с общими принципами современной цивилизации.
Надеюсь, что Вы сможете истолковать этот призыв и применительно к моему случаю.
Моя религия, как я уже сообщил, внесена православной церковью в список опасных сект.
Современные российские пособия по религиоведению, для высших учебных заведений, отраслевых академий и курсов повышения квалификации, составлены на основе доктрин православной церкви – соответственно, моя религия и там фигурирует в качестве опасной секты. На основании рекомендаций православной церкви, это определение включено в официальные документы государственных органов, в частности – прокуратуры, милиции, федеральной службы безопасности. У всех этих органов существуют соглашения о сотрудничестве с МП РПЦ и в вопросах религии решения принимаются на основе заключений местного православного департамента (епархии, прихода). Судебная защита прав в этой области не имеет перспективы - это проверяли и атеисты, и вайшнавы, и последователи Хаббарда, и христиане-протестанты. Как Вы понимаете, все перечисленное совершенно незаконно, противоречит Конституции России, а также всем европейским и международным конвенциям по правам человека. Тем не менее, ситуация такова, какова она есть.

Считаете ли Вы допустимым, что православные чиновники и МП РПЦ таким образом реализуют свою свободу вероисповедания? Следует ли викканам с этим смириться?
На чьей стороне будете Вы, если мы окажем максимально жесткое в рамках закона сопротивление этим чиновникам и церкви, вплоть до актов гражданского неповиновения?
Это - второй вопрос.


Сейчас мы не имеем возможности открыто практиковать викку, не вступая в конфликт с властями, хотя закон теоретически на нашей стороне. Мы не имеем возможности легально зарегистрировать наши религиозные объединения – круги и ковены. Мы не имеем возможности открыто издавать в России литературу по викке и ввозить такую литературу из Европы. При обмене делегациями с последователями викки в других странах, мы вынуждены пользоваться туристическими каналами, а не общепринятыми каналами международного религиозного обмена.


Должны ли, на Ваш взгляд, виккане после этого толерантно относиться к православной церкви?
Должны ли они высказываться о ней в духе уважения?
На чьей стороне (виккан или православных) будете Вы, если мы окажем максимально жесткое в рамках закона сопротивление этим чиновникам и церкви, вплоть до организации личного и имущественного судебно-полицейского преследования в Европе и США?
Это - третий вопрос.


В настоящее время во многих регионах в школе введен предмет «основы православной культуры» или его аналоги, по сообщению комитета по образованию, в Москве с 1 сентября 2006 г. в сетку часов вводится предмет «основы мировых религий» (или «история мировых религий»), на основе сокращенной программы православной теологии для высших учебных заведений.
Нашим детям будут преподавать учение, которое в корне противоречит викканским взглядам на человека, мироздание, нравственность, религию и жизненные цели.
Им будут рассказывать, что религия их родителей – это лжеучение и опасная секта. Затем им будут ставить за это оценки.


По-вашему, должны ли, виккане признать право РПЦ таким образом распространять свое влияние? Следует ли викканам продолжать с уважением относиться к православным чиновникам из министерства науки и образования? Кого Вы поддержите – виккан или православных – если мы в этих условиях начнем информационную войну против МП РПЦ и поддерживающих ее чиновников?
Это - четвертый вопрос.


Начиная с декабря 2002 г. МП РПЦ через свои структуры и через православных чиновников последовательно добивается запретительных мер в отношении моей религии – вплоть до уголовного преследования за практику викки, за участие в кругах и ковенах.
В частности, на «международной конференции» в Екатеринбурге 9-11 декабря 2002 г. (с участием представителей 12 епархий русской и украинской православных церквей, и полномочного представителя президента РФ в Уральском федеральном округе) было внесено предложение применять к участникам «сект» меры, предусмотренные законом в отношении экстремистских сообществ и организаций (ст. 282-1, 282-2). В случае принятия соответствующего закона, любой последователь викки может быть наказа лишением свободы на срок до двух лет, а в некоторых случаях – до четырех лет.


С Вашей точки зрения, в этом случае виккане должны подчиниться закону и перестать следовать своей религии? Или же мы будем правы, если начнем сопротивляться такому закону всеми доступными средствами?
Что будете делать в этом случае Вы – публично выступите против МП РПЦ, против православных чиновников и против антиконституционного закона, или согласитесь с тем, что, поскольку формально закон принят светскими властями с соблюдением формальной процедуры, то его следует исполнять?
Это – пятый вопрос.

Я вернусь.
Андрей